Церковный календарь

случайная икона

Патриарх Никон страница - 31

Буква «ж» скорописная сложного рисунка с сомкнутыми петлями, иногда с одной (фото 1: 4-я и 6-я строки сверху; фото 5: 4-я строка снизу; фото 7: 6-я строка сверху). Буква «ч» имеет два скорописных начерка: одна размещается в строке; декоративностью отличается «ч» с высокой мачтой и поднятой головкой наподобие чаши (фото 1: 3-я и 6-я строки снизу; фото 3: 7-я строка снизу; фото 5: 3-я строка снизу). Буква «т» имеет начерки в одну и три мачты (фото 1: 4-я и 5-я строки сверху). Характерно для скорописного письма Никона соединение букв «п», «т» трехмачтового с буквой «с» большого размера (фото 1: 5-я и 7-я строки внизу; фото 5: 8-я строка снизу; фото 7: 7-я строка сверху). Буква «д» соединяется с «г» линией, проведенной через нижнее основание (фото 1: 2-я строка снизу; фото 7: 4-я строка сверху). Визуальные наблюдения позволяют идентифицировать текст Сопроводительного письма с автографами патриарха Никона, исполненными скорописью.

Большой Текст написан одним почерком - русским или московским полууставом* третьей четверти XVII века37. Почерк каллиграфический, передающий живые художественные традиции, а письмо можно назвать литургическим торжественным. Оно как бы возрождает мерный ритм древнего устава38. При первом взгляде заметно отличие внешнего вида каллиграфического письма от скорописи дополнительных, не имеющих художественной основы вставок в Тексте (л. 309, 310, 327 об, 330 об. - 331). Важен опыт эмпирических наблюдений, накопленных в ходе работы над всем комплексом рукописного материала. Права Н.В.Синицына, когда пишет: «Отождествление - в значительной степени зрительный процесс, результат зрительного восприятия»39. Именно визуальные наблюдения послужили основанием сначала для убеждения40 в том, что разностильное письмо рукописи (книжный полуустав Большого Текста и скоропись с элементами полуустава дополнительных вставок) принадлежит патриарху Никону.

Под русским или московским полууставом имеем в виду книжное полууставное письмо XVII века в отличие от полуустава, пришедшего в Россию из Белоруссии и с Украины.

По воспоминаниям келейника Иоанна Шушерина, Никон владел книжным письмом с молодых лет. Примерно в 1639 году, вступая в Кожеозерский Богоявленский монастырь, он дал взамен денежного вклада «две им самим переписанные книги, Устав и Канонник»41. Его книжное письмо современники знали. В государевом Тайном приказе помнили «уставное» письмо Никона; в 1675 году называли опального святителя патриархом, хотя в официальных документах он именовался простым монахом42.

Восприятие разностильного текста как авторского - одна сторона проблемы. Другая - решение палеографической задачи отождествления разных почерков, причем в одной и той же рукописи. Это должно служить доказательством истинности наших наблюдений. Трудности заключаются в отсутствии по XVII веку, точнее, его третьей четверти, методического пособия для решения особого типа палеографической задачи, требующей наиболее кропотливых и точных фактов. Н.В.Синицына, изучавшая подобную проблему на основе рукописных книг середины XVI века с автографами Максима Грека и книгописцев его окружения, пишет: «Отождествление почерков одного писца, принадлежащих к разным стилям письма, представляется более сложной задачей, чем отождествление письма одного стиля, однако принципиальная его возможность существует». Исследовательницей поставлена проблема и предложена методика отождествления разных видов почерка на основе всего комплекса общих стилистических принципов книжного письма конца XV - первой половины XVI века43. «Различия во внешнем облике» письма одного писца, по наблюдению Н.В.Синицыной, «...обусловлены главным образом двумя факторами: 1) степенью тщательности, каллиграфичности, скоростью движений при письме и их характером (медленные, торжественные, гармоничные или, наоборот, резкие, ускоренные, отрывистые); 2) преобладающей формой букв, сознательно избранной писцом (прямоугольные, угловатые, округлые формы)»44. Из приведенных в ее монографии тщательно выверенных данных следует, что индивидуальное начало в книжном письме середины XVI века заключено в общестилистические рамки, оно дает о себе знать преимущественно в разнообразных технических приемах письма.

Л.М.Костюхина, изучив по датированным рукописям конца XVI - первой половины XVII века 24 полууставных почерка монашествующих писцов из скриптория Чудова монастыря, пришла к заключению: несмотря на наличие в них индивидуальных признаков, проявляется отчетливо традиция книжного письма предшествующей эпохи45. Такой культурный фактор, как книгопечатание, по ее наблюдению, оказал весьма сильное влияние на рукописное дело. Палеограф называет книжное письмо первой половины XVII века «полууставом со старопечатной основой». Особую роль она отводит первопечатному Апостолу 1564 года Ивана Федорова и другим ранним изданиям, которые служили эталоном для писцов, оказывая «влияние на почерки московских рукописей первой половины XVII в.», тем самым они поддерживали «общность почерков, сложившуюся на основе традиций русского полуустава XVI в.»46.

Для третьей четверти XVII века технические приемы безусловно играют важную роль в книжном письме, но их нельзя считать определяющими при отождествлении разностильного письма в никоновой рукописи. Точно так же не работают на решение палеографической задачи общие стилистические принципы, помогая лишь осуществить временную привязку. По данным Л.М.Костюхиной, «полуустав все больше превращается в обычное деловое письмо, но более четкое, чем скоропись»47. В это время в книжном письме появляется множество скорописных начертаний букв, как бы уравновешивающих темп движения руки при полууставном и беглом письме. Более того, по степени тщательности и художественной выразительности скорописное письмо могло не только не уступать, но даже превосходить полууставное.

отождествление разных почерков одного книгописца можно провести путем выявления его наиболее ярких индивидуальных особенностей, имеем в виду и начертания букв, и положение их в строке и над строкой, взаимосвязь букв друг с другом, художественные приемы письма, включая рисунок буквы, декоративные формы украшений. Необходима проверка выделенных особенностей личного почерка на широком рукописном материале при наличии сплошного текста48. Индивидуальные признаки желательно проверить наиболее общими принципами письма эпохи и типами почерков определенного стилеформирующего книгописного центра. В этом отношении ценные сведения содержатся в исследованиях Л.М.Костюхиной, особенно в упомянутом выше, недавно вышедшем обобщающем труде, посвященном русскому полууставному письму XV-XVII веков, с альбомами фотокопий и каталогами шрифтов рукописей из скрипториев Чудова, Воскресенского Новоиерусалимского и других монастырей.


« Предыдущая Оглавление Следующая »